НОВОСТИ

Январь (31) | Февраль (61) | Март (89) | Апрель (102) | Май (85) | Июнь (93) | Июль (55) | Август (39) | Сентябрь (72)

Январь (53) | Февраль (97) | Март (76) | Апрель (91) | Май (66) | Июнь (60) | Июль (65) | Август (52) | Сентябрь (70) | Октябрь (84) | Ноябрь (75) | Декабрь (102)

Январь (35) | Февраль (70) | Март (83) | Апрель (121) | Май (87) | Июнь (57) | Июль (51) | Август (35) | Сентябрь (77) | Октябрь (110) | Ноябрь (110) | Декабрь (126)

Январь (49) | Февраль (70) | Март (82) | Апрель (113) | Май (97) | Июнь (72) | Июль (50) | Август (31) | Сентябрь (88) | Октябрь (85) | Ноябрь (103) | Декабрь (98)

Январь (35) | Февраль (64) | Март (93) | Апрель (109) | Май (115) | Июнь (64) | Июль (54) | Август (38) | Сентябрь (75) | Октябрь (88) | Ноябрь (107) | Декабрь (114)

Январь (38) | Февраль (68) | Март (99) | Апрель (115) | Май (88) | Июнь (77) | Июль (43) | Август (41) | Сентябрь (78) | Октябрь (99) | Ноябрь (127) | Декабрь (118)

Январь (38) | Февраль (69) | Март (117) | Апрель (127) | Май (102) | Июнь (76) | Июль (71) | Август (29) | Сентябрь (80) | Октябрь (107) | Ноябрь (116) | Декабрь (120)

Январь (43) | Февраль (56) | Март (94) | Апрель (95) | Май (75) | Июнь (77) | Июль (57) | Август (16) | Сентябрь (82) | Октябрь (105) | Ноябрь (78) | Декабрь (103)

Январь (32) | Февраль (36) | Март (55) | Апрель (78) | Май (63) | Июнь (44) | Июль (36) | Август (21) | Сентябрь (46) | Октябрь (82) | Ноябрь (91) | Декабрь (86)

Январь (26) | Февраль (50) | Март (41) | Апрель (75) | Май (45) | Июнь (46) | Июль (27) | Август (21) | Сентябрь (38) | Октябрь (53) | Ноябрь (57) | Декабрь (58)

Январь (9) | Февраль (39) | Март (44) | Апрель (53) | Май (68) | Июнь (37) | Июль (38) | Август (25) | Сентябрь (44) | Октябрь (39) | Ноябрь (54) | Декабрь (59)

Январь (15) | Февраль (25) | Март (38) | Апрель (38) | Май (45) | Июнь (20) | Июль (13) | Август (12) | Сентябрь (28) | Октябрь (36) | Ноябрь (40) | Декабрь (57)

Январь (23) | Февраль (35) | Март (38) | Апрель (41) | Май (51) | Июнь (20) | Июль (15) | Август (10) | Сентябрь (31) | Октябрь (41) | Ноябрь (46) | Декабрь (41)

Январь (10) | Февраль (33) | Март (37) | Апрель (60) | Май (51) | Июнь (30) | Июль (13) | Август (5) | Сентябрь (20) | Октябрь (44) | Ноябрь (36) | Декабрь (29)

Январь (4) | Февраль (17) | Март (30) | Апрель (35) | Май (33) | Июнь (22) | Июль (15) | Август (10) | Сентябрь (18) | Октябрь (45) | Ноябрь (48) | Декабрь (40)

Январь (12) | Февраль (12) | Март (28) | Апрель (36) | Май (36) | Июнь (17) | Июль (3) | Август (2) | Сентябрь (14) | Октябрь (24) | Ноябрь (22) | Декабрь (26)

Январь (20) | Февраль (22) | Март (26) | Апрель (35) | Май (33) | Июнь (16) | Июль (4) | Август (2) | Сентябрь (24) | Октябрь (22) | Ноябрь (22) | Декабрь (26)

Кавалер французского ордена Елена Алексеева – о профессии переводчика, национальных стереотипах и Франции, похожей на Россию

23.07.2021 11:41

Международная активность, Университетские люди / Просмотров: 1578

Заведующая кафедрой французской филологии факультета РГФ ВГУ, профессор, директор Регионального центра франко-российского сотрудничества Елена Альбертовна Алексеева награждена орденом «Академические пальмы» – старейшей французской государственной наградой. Орден был учреждён Наполеоном Бонапартом для награждения университетских и академических работников. Награду присваивают французским гражданам за особый вклад в развитие национального языка и культуры. В исключительных случаях награждают иностранных учёных и преподавателей, развивающих сотрудничество своей страны с Францией. Награда – хороший повод для беседы с Еленой Альбертовной.

– Как вы узнали о том, что стали кавалером французского ордена?

– Получила письмо от посла Франции: извещение о том, что премьер-министр Жан Кастекс подписал постановление о награждении меня орденом.

– Где награждали?

– В посольстве Франции в Москве.

– Ощущаете свою исключительность?

– Конечно, нет, у меня это произошло в рабочем порядке: приехала, получила орден, уехала – и опять за работу.

– Правильно – расслабляться некогда.

– У меня так всегда случается с важными событиями в жизни. Например, защита докторской – чем не событие? Я тогда работала во Франции, в качестве приглашённого профессора, поэтому защита была назначена на время каникул во Франции – конец декабря. Я приехала, защитилась и 2 января уже снова была во Франции – начинался новый семестр. Так что для меня подобного рода события проходят в рабочем режиме – в силу моего характера.

– О вас говорят, что Вы признанный специалист в области переводоведения.

– Да, это одно из моих научных направлений – изучение проблем перевода. Но к нему я пришла, потому что была и остаюсь практикующим переводчиком.

– То есть всё – из практики?

– Да: параллельно с преподавательской деятельностью я постоянно занимаюсь переводческой работой – устным и письменным переводом.

– А что в Воронеже сегодня с переводами?

– Трудно сказать однозначно, потому что это всё конъюнктурно – какой интерес (у бизнеса, например), такой и заказ. Наша переводческая работа – это ответ на запросы бизнеса, организаций, партнёров.

– И каким переводом занимаетесь вы?

– Переговоры в сфере производства, экономики, сельского хозяйства.

– Чем заинтересовала профессия?

– Это, наверное, идёт из школы – я ведь училась в школе с французским уклоном (сегодня это гимназия имени И. С. Никитина). Кстати, на прошлой неделе я была там на выпускном вечере и вручала французские дипломы ученикам, которые закончили двуязычное франко-российское отделение, организованное посольством Франции. А наш университет, по договорённости с посольством Франции, принимает в школе экзамены. И вот я ребятам, как сейчас вам, рассказывала, что в школе, в пору моей учёбы, была создана уникальная атмосфера: были потрясающие учителя, которые открывали нам, ученикам, удивительный мир. Поэтому для меня выбор французского языка после школы стал естественным и закономерным шагом.

– Сегодня эта атмосфера в школе сохранилась?

– К счастью, да. Были разные времена – одно время школа укрепила своё сотрудничество с посольством Франции. Потом связь ослабла, потом совместными усилиями гимназии, университета и посольства вновь восстановилась. И сегодня она продолжается – хорошо, что нам удалось сохранить преемственность. Работает франко-российское двуязычное отделение, в котором школьники занимаются три года параллельно с основной учёбой – проходят социально-гуманитарные науки на французском языке. В своё время таких отделений было всего два в России – в Санкт-Петербурге и у нас. Постепенно посольство инициировало открытие отделений в других городах – сегодня число выросло почти до двадцати. Но воронежское отделение по-прежнему остаётся в лидерах.

А для меня это – ещё и личная история: в гимназии есть учителя, которые учили меня, и учителя, которых учила я – уже в университете. Наверное, оттуда, из школы – ощущение моей причастности сразу к двум культурам – к русской и к французской. Причём причастность – равнозначная.

– Одна из ваших известных монографий – «Второе сказуемое, выраженное неличными формами глагола, во французском языке».

– Это моя первая монография – потом была вторая, более объёмная.

– На основе первой?

– Да, продолжение.

– О чём она? Название довольно специфическое, а если простым языком?

– В этих монографиях отражена другая моя сфера исследований – чисто лингвистическая, посвящённая семантическому синтаксису. То есть изучению устройства языка через значения высказываний. Это – научная школа моего научного руководителя, Анатолия Михайловича Ломова, профессора филфака.

– Недавно, к сожалению, не ставшего…

– Да – три года назад. Я у него защищала кандидатскую диссертацию, и он же был моим научным консультантом по докторской диссертации.

– Сейчас школа продолжается?

– Да, я её развиваю на материале французского языка. Анатолий Михайлович предложил свою концепцию семантического синтаксиса – типологию русского предложения. Когда я писала кандидатскую, то проводила исследования в рамках русского языка. А потом Анатолий Михайлович предложил мне заняться изучением типологий французского предложения и французского сказуемого как основного ядра предложения. И таким образом, эти исследования вылились в докторскую диссертацию и монографию.

– У вас есть ученики?

– Да, сегодня у меня есть аспиранты, которые развивают теорию семантического синтаксиса в своих диссертациях. Это продолжение школы моего учителя Анатолия Ломова, идущее от русистики и развивающее его универсальные взгляды на то, как устроен язык. А развивают теорию Ломова на материале французского языка – развивают и подтверждают.

– Самые актуальные книги на французском языке, на ваш взгляд?

– Считаются известными и раскрученными сегодня романы Уэльбека, Бегбедера – я бы назвала эти имена.

– Через два года Центр франко-российского сотрудничества отметит круглую дату – тридцать лет. Промежуточные итоги будете подводить?

– Думаю, что некогда подводить итоги – живём всё время в движении, в потоке.

– Пандемия не замедлила течение?

– Мы в год проводим ряд мероприятий: ежегодный региональный фестиваль-конкурс школьников «Французские традиции в России», цикл мероприятий «Календарь французской культуры», межрегиональные студенческие фестивали-конкурсы, посвящённые празднику Франкофонии. В этом году пришлось перевести всё в дистант: ребята записывали ролики, библиотека Никитина, с которой мы сотрудничаем, выставляла их на своём сайте и подводила итоги зрительского голосования. Стоит отдать должное участникам – откликнулось очень большое количество. Показали свои таланты на французском языке в разных номинациях – театральные пьесы, музыкальные пьесы, песни… Наверное, засиделись на карантине без творчества.

Посольство Франции тоже предлагает нам ряд мероприятий, которые мы с удовольствием проводим: всероссийский диктант и межрегиональные олимпиады по французскому языку, международный день преподавателя французского языка. Теперь, в пандемию, мы проводим онлайн-встречи с зарубежными партнёрами – с вузами, посольством, дипломатами. Занимаемся культурной и просветительской деятельностью – благо современные технологии позволяют это делать и в условиях изоляции.

– Насколько востребованы сегодня во Франции русские специалисты и наоборот?

– Мне кажется, востребованность специалистов определяется на уровне конкретных совместных предприятий. Я знаю примеры, когда наши выпускники, работающие на французских предприятиях в России, успешно двигались по карьерной линии как в России, так и во Франции. Главную роль играет не национальность, а профессионализм, который нужен всегда и везде.

– А есть ли у нас французские специалисты?

– Одно время к нам в региональный центр французское посольство направляло на работу на длительный срок лекторов из Франции. Сейчас в МИДе Франции эту программу закрыли. Но поскольку у нас есть французские университеты-партнёры, то мы ездим к ним, а они – к нам. Обмениваемся идеями, проводим мастер-классы, конференции. Дистант и вовсе облегчил эти процедуры.

– История с санкциями на вас повлияла?

– Не думаю – они ведь были в основном экономические. Мы по-прежнему ездим в командировки, читаем лекции. Я ездила в университет Лилля, где меня откровенно спрашивали: «Вы в России почувствовали санкции?» Я говорю: «Всё как было, так и осталось». «Мы так и думали – наверное, это только для наших политиков заметно». В своей практике я ни разу не столкнулась с тем, чтобы санкции повлияли на человеческие отношения – все мои зарубежные коллеги зарекомендовали себя людьми вежливыми, профессиональными, дипломатичными, обязательными. И достаточно откровенными – все спорные моменты мы обсуждали открыто и конструктивно.

– Если говорить о французском менталитете – есть какие-то стереотипы, которые в пору развенчать?

– Я вообще противник стереотипизации мышления, потому что, на мой взгляд, у каждой нации есть интересные люди – всегда нужно говорить об индивидуальных качествах человека. Нельзя говорить о качествах целого народа, потому что он состоит из личностей, из индивидуальностей. Поэтому, когда мы начинаем мыслить штампами, это обедняет наше собственное восприятие. Для меня самое интересное в общении с французскими коллегами – это открытие человека. Достоинство моей профессии в том, что она даёт возможность общения с большим количеством людей – интересных людей.

– Но вот в России, например, сегодня особенно проявляется стремление к сохранению русского языка, его чистоты, ограждению его от англицизмов, которые с таким ярым напором проникают в русскую речь. Франции это тоже свойственно?

– Англицизмы проникают всюду – и во французский язык тоже. Но, тем не менее, действительно, во Франции проводится своя языковая политика. Есть свои законы, регулирующие количество (в процентном соотношении) иностранных фильмов, которые демонстрируются на французском телевидении и в кино. Есть закон в поддержку чистоты языка – за это отвечает Французская академия.

– Есть что-то, чему нам, русским, хорошо бы поучиться у французов?

– Я часто вспоминаю случай из собственной жизни, когда двадцатилетней студенткой в числе лучших учеников (это был ещё Советский Союз) приехала во Францию. Нас принимали в разных учреждениях – в том числе в мэрии, где организаторы спросили: «Что вас больше всего удивило во Франции?» И я со свойственной молодости откровенностью сказала: «Меня ничего не удивило!» Французы, конечно, сами были удивлены такому ответу. Но я обосновала его тем, что очень хорошо представляла Францию – до такой степени, что не увидела в ней ничего нового. Как будто я всё уже знала. Наверное, поэтому мне и трудно ответить, чему нам у них поучиться.

– Вы были искренни в своём тогдашнем ответе?

– Да, это была моя естественная и спонтанная реакция, потому что я увидела во Франции всё то, о чём уже узнала в школе и в университете. Мои учителя дали мне такое представление о Франции, которое позволило освоиться в ней и не испытать ни языкового, ни культурного шока. Я попала в среду, где мне было комфортно общаться и существовать.

– И ведь это были советские времена – история с закрытым занавесом оказалась не про вас?

– Совершенно не про меня.

– Вы давно были во Франции – теперь, в пандемийные времена?

– Год назад – ещё до пандемии.

– Скучаете?

– Помогает дистант – общение с коллегами всё равно продолжается.

– Какая она – «ваша» Франция?

– Хоть мне и довелось чаще бывать в больших французских городах («моя командировочная Франция»), но по настроению мне всегда была ближе «маленькая» Франция – небольшие городки. Так называемая «типичная» Франция – местами даже похожая на Россию. Едешь на поезде из Парижа в Лилль – фермы, деревушки, церковки… Очень похоже на Россию. Я люблю тихую Францию – в которую ещё не дошла глобализация.

Фотогалерея

ПОДРОБНО

При использовании материалов ссылка на сайт обязательна
© Воронежский государственный университет • 1997–2021

Вебмастер •  Пресс-служба •  Старый сайт
© Веб-лаборатория УЦИ ВГУ